суббота, 4 июля 2015 г.

Витамин D и его роль в профилактике заболеваний

Спасич Т.А., Решетник Л.А., Гармаева С.Б., Березина С.А.
ГБОУ ВПО ИГМУ, кафедра детских болезней
Лаборатория «INVITRO», Иркутск

 Витамин D – это жирорастворимый витамин, образующийся в коже под действием ультрафиолетового облучения с длиной волны 290-300 нм из 7-дигидрохолестерола. Витамины D, поступающий с пищей, и витамин D3, образующийся в коже, накапливаются в адипоцитах или с кровотоком попадают в печень и превращаются в 25-гидроксихолекальциферол – 25 (OH) D3. В почках 25 (OH) D3 превращается в 1,25-дигидроксивитамин D. 25 (OH) D3 и 1,25-дигидроксихолекальциферол обладают гормональной активностью и, взаимодействуя с рецепторами витамина D, регулируют обмен кальция и фосфора.

Рецепторы к витамину Д обнаружены у большого числа клеток и поэтому функциональная роль витамина Д-гормона не ограничивается только регуляцией остеогенеза. Витамин Д контролирует более 1000 генов и соответствующих им белков. Доказана его антипролиферотивная роль (подавления гиперпролиферации и канцерогенеза), дифференцирующая (рост и развитие клеток, модуляция  апоптоза), иммуномодулирующая, нейропсихотропная, гипотензивная. Возможно 1,25-дигидроксивитамин D, повышает продукцию инсулина и снижает выделение ренина, а также изменяет липогенез в адипоцитах (Ребров В.Г., Громова О.А., 2003).
 Витамин Д причислен к группе эссенциальных нутриентов для питания мозга, а дефицит витамина Д, связывают с патогенезом некоторых психических заболеваний. В частности было высказано предположение, что низкий уровень витамина D в пре- и перинатальном периодах может иметь отношение к эпидемии аутизма у детей темнокожих мигрантов (Holick M.F. 2009).
В последние десятилетия значительно повысился интерес с витамину Д - только в 2013 году  опубликовано более 3500 работ о его эффектах в гомеостазе. Недавние исследования привели к переоценке параметров адекватного статуса витамина Д и продемонстрировали высокую распространенность его недостаточности у населения многих стран мира.
Научное сообщество глубоко волнует распространённость дефицита витамина Д у современного человека и ассоциированную с этим эпидемию остеопороза и риск переломов костей, риск развития сахарного диабета, артериальной гипертензии, ишемической болезни сердца, инфарктов и инсультов, различны форм рака, аутоиммунных заболеваний и дефектов иммунитета.
 В настоящее время существует реальная возможность определить уровень метаболитов витамина Д и назначить его коррекцию с целью профилактики перечисленных выше заболеваний. Наиболее точным индикатором уровня витамина D считается 25 (OH) D3. Это связано с тем, что 25 (OH) D3  характеризуется достаточно длительным периодом полувыведения (около 2-3 недель) по сравнению с 1,25-дигидроксивитамином D (4 часа). Уровень 25 (OH) D3 отражает скорость накопления эндогенного и экзогенного витамина D. Кроме того, синтез 25 (OH) D3  в печени преимущественно регулируется субстратом  - неактивной формой витамина D, и менее  подвержен гуморальным воздействиям.
Для сравнения: уровень 1,25-дигидроксивитамина D - 1,25 (OH) 2D3 в значительной степени подвержен влиянию паратиреоидного гормона и поэтому является менее надежным индикатором количества витамина D в организме. Так, при дефиците витамина D содержание 1,25 (OH) 2D3 может быть повышенным, нормальным или пониженным. Пересмотрена точка зрения об уровне 25 (OH) D3 в крови, но дискуссии продолжаются. Оптимальным считается уровень более 40 нг/мл. При уровне 25 (OH) D3 в крови более 30 нг/мл достигается баланс между гормонами паращитовидных желез, инициирующих резорбцию кальция из кости  и  1,25 (OH) 2D3, активностью.
Содержание 25 (OH) D3 менее 30 нг/мл признана как недостаточность (Holick M.F., 2009; Chapuy M., Preziosi P., Maamer M., 1997). Дефицит витамина Д должен диагностироваться при уровне 25 (OH) D3 в крови ниже 20 нг/мл (Malabanan A.O., TumerA.K., Holick M.F., 1998).
При достаточной инсоляции потребность в витамине Д полностью обеспечивается фотохимическим синтезом в коже. Пищевые источники витамина Д (сливочное масло, жирная рыба, яичный желток, сырая печень) являются дополняющими при недостаточности инсоляции. Но следует отметить. что солнечное облучение, способное обеспечить образование витамина Д в коже в течении всего года возможно лишь в экваториальной и в зоне не выше 34 градуса северной широты. 
Для жителей высоких широт в зимнее время синтез витамина Д в коже фактически прекращается. Это связано с тем, что вращение Земли меняет угол оси и толщину атмосферного слоя, через который  проходит солнечный луч. Для жителей южных районов Прибайкалья солнечное излучение, способное обеспечить образование витамин Д в коже продолжается только 4 месяца в году - с середины апреля до середины августа; для северных районов  - с мая по июль. В течении 8 - 9 месяцев необходимы профилактические или лечебные курсы УФО и прием витамина Д (Шилин Д.Е., 2009). Нормы потребления витамина Д определены  для детей и взрослых как 400 МЕ, но обсуждаются и более высокие дозы  для  подростков и женщин на этапе преконцепции, беременных и кормящих, постменопаузальном периоде, для спортсменов (Спиричев В.Б., Шатнюк Л.Н., 2005; Шилин  Д.Е., 2009).
 Группами риска по недостаточности витамина Д являются дети в периоды интенсивного роста, лица с темным цветом кожи (конкуренция с меланином), использующие солнцезащитные кремы, мало бывающие вне помещений, носящие одежду, закрывающую все тело, проживающие в северных широтах, страдающие ожирением, вегетарианцы, принимающие оральные контрацептивы.
Цель исследования. Определение уровня 25 (OH) D3 у жителей  Иркутской области разных возрастных группах в сыворотке крови.
Материалы и методы. Проанализированы данные 261 анализа, определяющего количество 25 (OH) D3 в сыворотке крови, методом радиоконкурентного связывания. Анализы выполнены в лаборатории «INVITRO» (Иркутск) в течение 2010 – 2013 гг. Контингент обследованных определён методом случайной выборки. Результаты анализ были распределены по следующим возрастным группам: 43 анализа - дети от 1 - 3 лет, 3 анализа - подростки 12,13,16 лет. 20 анализов принадлежали мужчинам от 19 – 67 лет, 188 анализов - женщинам от 19 - 70 лет и 10 – женщинам старше 70 лет. Рассчитано среднее значение количества метаболита витамина D и ошибка средней величины, а также определена доля лиц с различными значениями 25 (OH) D3. Оптимальный уровень - более 40 нг/мл; достаточный уровень – более 30 нг/мл; недостаточность витамина Д - менее 30 нг/мл; дефицит витамина Д - менее 20 нг/мл.
Все родители детей, прошедших обследование, интервьюированы по поводу знания ими методов первичной профилактики рахита, как специфических (прием витамина Д), так и  неспецифических.
Результаты исследования. Среди детей и подростков  уровень активности метаболита витамина D составил 37,78 ± 1,74 нг/мл, оптимальный уровень 25 (OH) D  имели 39,5 % детей, достаточный - еще 9,3 %. Таким образом, половина детей первых трех лет жизни имели возможность накопления костной массы в соответствие с возрастной физиологической нормой. Каждый четвертый ребенок (25,5 %) имел недостаточный уровень 25 (OH) D3 и каждый четвертый - дефицит. Анкетирование родителей детей показало, что около 80 % детей получали неспецифическую (прогулки на воздухе и т.д. ) и специфическую профилактику рахита путем приема водорастворимой формы витамина Д или мультивитаминной формы витаминосодержащих препаратов. 
В осенний период профилактику получали 80 % детей, в зимнее время - только половина опрошенных, а в весной только 25 %. Достоверных различий в группах систематического приема витамина Д и эпизодического приема препарата нами не получено.
Среди обследованных целевым образом были выделены 9 детей, оставшихся без попечения родителей. Активность исследованных метаболитов у них не имела различий с детьми общей группы, соответственно - 37,07 и 35,71 нг/мл.
Различия в группах заключалась в том, что отказных детей не выносили на прогулки и они получали витамин Д в составе адаптированных формул.

Рис. 1. Количество 25 (OH) D3 у жителей Иркутской области.

Среди 3 подростков выделена девочка 12 лет со скрытой целиакией, находящаяся на не строгой безглиадиновой диете. Активность 25 (OH) D3 у нее была 53 нг/мл. Метаболиты проверены  по рекомендации врача-гастроэнтеролога после двухнедельного пребывания в Таиланде.
Кровь на анализ подростки сдавали через 3 недели после возвращения в Иркутск. У 13 летнего тёмноволосового (фактор риска по дефициту витамина Д) мальчика уровень 25 (OH) D3  составлял 11,8 нг/мл, у 16 летнего подростка – шатена - 28,5 нг/мл.
Первичная профилактика дефицита витамина Д у них не проводилась.
         Среди 20 мужчин 19 - 67 лет уровень активности 25 (OH) D3 был равен 24,64  ± 2,33 нг/мл; 34,5 % мужчин имели достаточное количество оксихолекальциферола, 30 % - недостаточность и 34,5 % - дефицит. От интервьюирования о приеме витамина Д респонденты отказались.
Среди 188 женщин от 19 - 70 лет не получено различий в активности метаболита витамина Д в группе до 50 лет и старше 50 лет. Активность 25 (OH) D3 у них была  низкой  и составляла 21,22 ± 0,85 нг/мл. У 18 % женщин количество оксихолекальциферола превышало 30 нг/мл и было достаточным, у 36,7 % обследованных женщин отмечена недостаточность витамина Д и у 45,2 % - дефицит.
Среди 10 женщин в возрасте старше 70 лет уровень количества метаболитов составлял 15,13 ± 2,24 нг/мл, у 10 % женщин данной группы имела место недостаточность, у 90 % отмечен дефицит 25 (OH) D и высокий риск переломов костей и большого перечня заболеваний, указанных выше.
Заключение. Неспецифическая и специфическая первичная медицинская профилактика рахита у детей способствует более высокому (оптимальному) количеству метаболитов витамина Д в их организме.

Отсутствие первичной профилактики рахита у взрослого населения сопряжено с низким количеством витамина Д и может быть ассоциировано с высокой частотой остеопороза и переломов костей, эпидемией таких социально-обусловленных и медико значимых заболеваний как сердечно-сосудистые, диабет, психические расстройства и др.
---
Опубликовано:
УДК 616-084+614. 2
ББК 51.1 (2) 599 я 43
М54     Актуальные вопросы методологии профилактической и социальной медицины. Том 1.: сб. науч. материалов и статей двенадцатой межрегиональной конференции с международным участ./ под ред. к.м.н. А.Е. Агапитова. – Иркутск: РИО ГБОУ ДПО ИГМАПО, 2014. – 128 с.
---
Веб-публикация: , кафедра общественного здоровья и здравоохранения ГБОУ ДПО ИГМАПО Минздрава России в составе проекта ЭкспертЗдравСервис.

Комментариев нет:

Отправить комментарий